Возрождение

Семисвечник

В начале 1991 года познакомился я на Епар­хиальном собрании с молодым священником, которого только что назначили настоятелем та­кого же разрушенного храма. У нас к тому времени уже была кое-какая утварь, и мы служили в самом храме, хотя восстановление еще толь­ко начиналось. Священник пожаловался мне, что у него ничего нет — ни средств, ни кирпича, ни какой-либо церковной утвари. Я понимал, как ему трудно — ведь сам недавно так же начи­нал с нуля. «Приезжай, может, что-нибудь и най­дем тебе». Он приехал на автобусе с приходским советом, и я отдал им два подсвечника, семи- свечник, который был приготовлен для будущего алтаря в приделе святителя Алексия Московско­го, и кое-что еще. А сам думаю: как же буду Алексиевский придел обустраивать? Да и числится ведь семисвечник в документах. А я его вот так, без всяких расписок, взял и отдал! Молодой свя­щенник и его прихожане были в неописуемом восторге, кланялись до земли. И больше я их ни­когда не видел. Даже названия храма и места, где он расположен, не запомнил.

Проходит лет семь или восемь. Стали мы восстанавливать алтари в приделах святителей Алексия Московского и Николая Чудотворца. Приехал я в магазин «Софрино», чтобы купить все необходимое. Смотрю: самый дешевый семи­свечник стоит два миллиона рублей (еще теми деньгами). Если куплю семисвечник – мне не хватит на дарохранительницу, если куплю дарохранительницу — останусь без семисвечни- ка. Стою и не знаю, что делать. Вдруг подходит ко мне молодая женщина: «Батюшка, я вижу, как Вы смотрите на этот семисвечник. Мы с му­жем долго молились, чтобы у нас были дети, и вот Господь дал нам девочку Мы решили обя­зательно пожертвовать на храм, только не зна­ли, как это сделать. Вот, возьмите, пожалуйста»,- и протягивает мне деньги. Ровно два миллиона рублей. У меня на глазах даже слезы навернулись. Вот как вернул святитель Алексий тот семисвеч­ник! «Как мужа Вашего зовут?». В ответе я уже не сомневался: «Алексей».

«Вы не знаете, где мой сын?..»

Постепенно восстанавливался храм, соби­рался приход, и видно было, как преображались души людей. Да и вся обстановка преображалась. Сейчас, слава Богу, в округе много храмов стало. А раньше был только один наш. И почти все при­хожане, и даже некоторые настоятели окрестных храмов вышли из Анискино. Двенадцать свя­щеннослужителей были так или иначе связаны с нашим приходом. Про одного из них особенно хочется рассказать.

В 1991-1993 годах ходил в наш храм один мальчик лет четырнадцати. И вдруг он пропал. Приходит заплаканная мать: «Вы не знаете, где мой сын? Уже третий день его нет дома». Че­рез неделю нашли и вернули домой. Оказался в Оптиной пустыни. Через несколько месяцев опять убежал. Через месяц опять нашли. Теперь в Почаеве. И опять вернули домой. В третий раз нашли через год. Ему тогда исполнилось 16 лет, и он был иноком Почаевской Лавры. Так что домой его уже не смогли вернуть.

В 20 лет он окончил Почаевскую духовную семинарию. В 21 год его постригли в монашество и рукоположили в священника. Сейчас он — ар­химандрит Антоний, наместник Свято-Усекно- венского Лядавского Антониевого пещерного монастыря. Монастырь носит имя своего осно­вателя — преподобного Антония Киево-Печерского, в честь которого и наречен в монашестве бывший Виталик, еще задолго до того, как стал настоятелем этого монастыря.

Монастырь отец Антоний уже почти восста­новил. А еще завел большое хозяйство: 100 овец, 5 коров, 25 коз, 10 ульев. Возродил также древнее искусство резьбы по камню. Летом в монастыре работают до ста рабочих.

Вот вам и беглец. Когда в душе человека раз­горается огонь любви к Богу, к молитве — никто и ничто не могут его погасить. Тогда все препят­ствия преодолеваются радостно и легко. И труд служения Богу приносит прекрасные плоды.

Папа Янис

Прошло какое-то время, и стала появлять­ся в храме молодежь. Стали приходить семьями, венчались, рожали и крестили детей. Дети ста­ли подрастать, и возникла идея создания пра­вославной гимназии. Примерно в это же вре­мя я совершал паломничество на Святую гору Афон, удел Царицы Небесной, и посетил скит Праведной Анны — матери Пресвятой Богороди­цы. В этом скиту находится чудотворная икона Праведной Анны, перед которой молятся о да­ровании детей. Уже через год многие привозят сюда свидетельство богодарованного плода мо­литвы — фотографию новорожденного. У иконы лежит внушительная стопка таких фотографий.

В келлии, расположенной немного ниже ски­та, живет замечательный старец, папа Янис, ко­торый благословляет приходящих к нему рожать детей. По-гречески «священник» звучит как «па- пас». Этим и объясняется обращение к старцу- священнику: «папа». Я спросил папу Яниса: «Бу­дут ли у меня еще дети?» А мне тогда было уже 49 лет. «Будут, будут. Пять… Нет, десять… Даже еще больше». Я тогда, грешным делом, подумал: чудит старец, не может такого быть! Проходит 5-6 лет. Мы уже создали гимназию, в которой учились тогда около 50-ти учащихся (сейчас их — уже больше ста). Кому-то приходит в голову мысль — подсчитать, сколько родилось у нас за это время детей. Подсчитали и с удив­лением обнаружили, что за эти годы в нашем приходе родилось уже 18 детей. Так исполнилось пророчество папы Яниса. Ведь его благослове­ние — это благословение Самой Божией Матери. Недаром наш храм посвящен Ее Рождеству!

«Тогда я  стал им все объяснять…»

 На этом месте еще 20 лет назад был почти полностью разрушенный, оскверненный храм. И вот он восстает, воскресает в муках второго рождения. Но восстановление храма — это толь­ко видимый знак возрождения духовной жизни нашего народа, воскресения душ людских. По- тому что, если бы не было этого возрождения душ — не было бы и возрождения храмов. А воз­рождение душ — это следствие возрождения цер­ковной жизни и, прежде всего — возобновления богослужения и совершения Таинств.

В 70-80-х годах прошлого столетия, как предвестники будущего церковного возрож­дения, стали появляться в немногочисленных то­гда храмах Москвы молодые люди. Врачи, учите­ля, инженеры, художники, музыканты. Узок был круг этих людей — все друг друга знали. Сейчас почти все мы — священнослужители, настоятели восстановленных храмов.

И вот в то время я, видя вновь приходящих в храм людей, обратил внимание на то, что мно­гие приходят, но, не поняв, что к чему и зачем это все — уходят и больше в храм не возвраща­ются. Когда я стал настоятелем разрушенного храма и увидел разруху в душах людских, я стал объяснять тогда еще горсточке прихожан — за­чем нужны церковные Таинства и почему только в них приходит к нам Христос Бог, освящая нас и соединяя с Собой. И что зло иногда через нас действует в мире — когда мы идем «крестовым походом» против зла в общественной жизни, а не начинаем с себя, очищая покаянием, смире­нием и терпением свою душу. А для этого надо наполнить открывающиеся повсюду храмы на­шей любовью к Богу и ближнему — и Господь Сам все устроит к вящей славе Своей в наших душах и в окружающем нас мире.

Божественная литургия. Полуистлевший снимок запечатлел памятное для всех прихожан событие – первое посещение Владыкой Ювеналием возрождающегося прихода

Постепенно лица просветлялись, люди все чаще стали посещать богослужения и прича­щаться Святых Божественных Тайн. И, наконец, одна пожилая женщина сказала: «Спасибо Вам, отец Сергий — теперь мы все понимаем».

Крестный ход

Сотни людей, когда-то первый раз робко переступивших порог храма, обрели здесь ра­дость общения с Богом. И им уже не надо ничего объяснять. Они твердо знают, что единственно верный компас в бурном житейском море — это церковная жизнь, жизнь с Богом в Его Церкви. Жизнь ради Бога и ближнего. Жизнь с Воскрес­шим и Воскрешающим. Это та жизнь, которой они живут радостно и сознательно. И уже не хо­тят и не могут отойти.

Иного пути не дано нам.
Отбросим пустые слова
И жизнь проживем по канонам
Божественного Естества.

Воистину Воскресе!

«Христос Воскресе — и жизнь жительствует!»
(свт. Иоанн Златоуст)

На Святой Афонской горе я познакомился с одним удивительным монахом. Он родился в Австралии, в ирландской протестантской се­мье. Когда ему было 5 лет, он ехал с дедушкой на машине и увидел большой, из красного кир­пича, русский православный храм. Он попро­сил дедушку остановиться: «Я хочу туда». Подо­шли — храм закрыт. «Подними меня». Заглянул в окошко и сказал пророческие слова: «Вот сей­час я здесь, вне, а вырасту — буду там, внутри».

Паломничество на Святую гору Афон

Прошло время, он вырос и до поры до вре­мени забыл об этом событии. Его друг собирал фамильный фарфор королевских семей со всего мира, часто показывал свою коллекцию и рас­сказывал об истории каждой династии. Рассказ о семье последнего русского Императора пора­зил. «Уже тогда я подумал, почему все другие умерли своей смертью, а вот семью русского Царя — убили. Почему? Потом понял: потому что они были православные». С тех пор он стал иногда заходить в Православную церковь. По­просил разрешения у своего пресвитера побы­вать на Пасху у католиков и у православных, тот разрешил. Пришел к католикам и ничего особен­ного не почувствовал. Пришел в русский храм и, когда услышал громогласное: «Христос Вос­кресе! Воистину Воскресе!»,- понял, что только здесь, в Православной церкви, воистину Воскрес Христос.

Ликуйте, грады, веси
Господь из Гроба встал.
Поют:«Христос Воскресе»
Апостольи  уста.

И он перешел в Православие, приехал на Афон, стал монахом в русском скиту святого пророка Божия Илии. И понял, что Христос Вос­крес не только тогда, на Пасху, в православном храме. Не только каждый год воскресает на Пас­ху в Православной Церкви. Но каждое мгнове­ние нашей жизни, здесь и сейчас, и всегда, вос­кресает Христос, чтобы воскресить нас!

Сегодня на Востоке
Взошла Его заря.
Все ссоры и упреки
На свете были зря.

Но без Церкви, без Ее Таинств, ни воскресе­ние, ни преображение и исцеление падшего че­ловеческого естества, ни обожение, к которому неосознанно стремится душа каждого из нас,- невозможны. Потому что только в Таинствах Церкви мы можем Духом Святым усвоить себе Богочеловека Христа Воскресшего, исцеляющего, преображающего и воскрешающего нас.

Сегодня всепрощенъе
Нам воссияло вновь
Из ада отпущенье
И вечная любовь.

По-гречески «Христос воскресе» — «Христос анэсти», что значит «Христос вос­стал». И когда вспоминается та зима 90-го года, несколько старушек, ветер, холод, снег и груда развалин, я понимаю, что это был видимый знак нашей тогдашней ду­ховной разрухи. А сейчас — восстают хра­мы и воскресают души. Христос творит наше ПРЕОБРАЖЕНИЕ. Он нас всех вос­ставляет и воскрешает. За эти 20 лет мы стали чище и лучше. Хотя и хватает еще не­мощей, грехов и страстей.

        

Сегодня в пире веры
Участвуем и мы –
Стряхнем с себя химеры
Неверия и тьмы!

И когда мы, движимые верою, надеждою и любовию, приходим в наши воскресшие хра­мы и приступаем к Таинствам, тогда Свет Хри­стов просвещает всех нас и, несмотря ни на что, совершается ВОСКРЕСЕНИЕ наших душ. И ему нет и не будет конца.

            Протоиерей Сергий Казаков
Настоятель Богородицерождественского храма

(76)

Комментарии закрыты.